Разделы:

Хронология:

Новые комментарии:

Каналы:

© Константин Лакин, 2011–2020

Перепечатка материалов допускается с указанием источника.

Изготовление: Валерий Сальников

19 декабря 2014 г. Комментарии (3)

Россия. Архивы. Битва за память.

Отрывок из книги, которую я сейчас пишу, и которая пока не имеет даже
рабочего названия. Книга — об истории семьи и нашей страны. Не о правящих
династиях. Не о временщиках. Не о переворотах. Не о политиках и прочих
малоинтересных нормальному человеку глупостях. А о жизни вменяемых людей,
связанных любовью. Делающих дело. Занимающихся сельским хозяйством, наукой,
геодезией, образованием, энергетикой, инженерными работами. О профессии,
любви и дружбе тех, кто, собственно, и является настоящей живой Россией.

Исследовать, разбираться, искать и рассказывать — безумно интересно.
Но книга идет непросто. Почему так, объясняю ниже.


Актуальное, важное, архисрочное сегодня, со временем превращается в мелочь. И наоборот, вчерашние мелочи вдруг всплывают в памяти, становясь вехами. Поэтому архивы — вещь великая. Позволяющая увидеть те самые главные мелочи, которым современники не придавали значения.

Деятельность большевиков в области архивного дела вызывает недоумение, ибо базировалась на двух диаметрально противоположных фундаментах. С одной стороны, архивам придавалось огромное значение, активность тут была неимоверная! С другой — всё, что не касалось коммунистического движения, рассматривалось как несущественное и порой пропадало «просто потому что»…

Кроме того, судьба многих пришлых «начальников» не была ни светлой, ни прямой. Что вело к необходимости уничтожения компроментирующих документов. А самый простой способ гарантированно извести гнилую травинку — основательно перемешать или вовсе спалить весь стог сена.

.

Архивная хроника СССР

01.06.1918 года В.Ульянов подписывает «Декрет о реорганизации и централизации архивного дела». Все архивы России объединяются в «Госархивфонд» (ГАФ) при Наркомате просвещения. ГАФу предписывается каталогизировать фонды по 4 направлениям:
— древлехранилище (до XIX века);
— всё, что не касается революционного движения в период с начала XIX века до марта 1917 года;
— история революционного движения до марта 1917 года (в те времена большевики ещё не называли октябрьский переворот 1917 года «Великой Октябрьской Социалистической Революцией», считая главным событием февральское свержение царя);
— весь период с марта 1917 года по текущее время.

27 марта 1919 г. Совет народных комиссаров (СНК) издает «Декрет об архивах и делах расформированных частей, штабов и управлений старой армии». Военные архивы переходят в ведение военных комиссаров. По стране прокатывается волна массовых сжиганий и утилизации документации. Результат: сегодня восстановить личные дела огромного количества русских солдат и офицеров времен I Мировой и гражданской войн практически невозможно.

26 ноября 1918 г. все библиотеки, книжные склады и книги объявлены государственным достоянием. Предписывается их реквизиция и последующее распределение только с ведома Наркомпроса.

22.04.1919 выходит «Декрет о хранении и уничтожении архивных дел». С этого момента все документы страны остаются в учреждениях не более 5 лет. После чего сдаются в структуры «Главархива», который принимает решение: хранить или не хранить. Вроде бы разумно. Но результат действия декрета оказался «странным». В утильсырьё и просто в топку полетело огромное количество томов архивной документации. Объяснения феномену — разные, но факт остается фактом.

В марте 1921 г. создается «Особая комиссия по использованию архивов, запасов бумажных обрезков и тряпья» (Особкомбум). Название — значимое: архивы, обрезки и тряпьё — в одной куче! Комиссия получила право изымать архивные материалы и направлять их на переработку в бумажную промышленность. Текст распоряжения включал существенную оговорку: «Использование архивов производится при непременном согласии органов Главархива». Но оговорка повлияла не на сохранность истории, а на судьбы людей. Специалистов, сопротивлявшихся уничтожению документов, тотально почистили. В профессию пришли «идеологически выдержанные кадры».

Архивы.
Последующие 10 лет большевики проявляли неслыханную активность в лоскутизации страны. Забавлялись как могли: губернии превращались в края, области и районы, сливались, распадались, объединялись, делились… Как результат, архивы на местах пришли в абсолютно запутанное состояние.

20.12.1928 года — очередная «кампания». Как начать индустриализаци без вороха указаний, которым требуется бумага? Никак. Решение: срочно сдать на переработку излишки документации. На понимание, что есть «излишки», — не более 2 месяцев. При этом архивные документы фактически приравнивались к документам делопроизводства. Посему архивным учреждениям, как и иным организациям, «сверху» спущены планы в тоннах сдаваемой «макулатуры». К 1933 году вторсырьём стали около 28 миллионов архивных дел — более половины от их общего числа.

1930 год. Бумагу ненадолго оставили в покое, снова занявшись людьми. Результат чистки впечатляет: через 2 года менее 8% архивистов имеют высшее образование.

Неучами архивисты просуществовали недолго. Уже в 1931 году родился Московский государственный историко-архивный институт, готовивший архивариусов в большевистском понимании этой профессии.

Весной 1938 года архивное дело окончательно попадает в «правильную» колею. Главархив подчиняется чекистам и переименовывается в «Главное архивное управление» (ГАУ) НКВД СССР. Начальником ГАУ становится большевистский фунционер, выпускник губернской совпартшколы и Центральной школы Главного управления госбезопасности НКВД СССР. Архивисты в погонах приняли деятельное участие в макулатурной кампании весны 1941 года. Результат: массовое уничтожение персональных дел жителей дореволюционной России.

После начала Великой Отечественной войны вывоз московских и ленинградских (петроградских-петербургских) архивов начался 05.06.1941 года. Документы двигались на восток, путались, гнили в неподготовленных помещениях, терялись и уничтожались. Отношение к региональным архивам — ещё хуже. В результате действий НКВД и евронацистских оккупантов, к окончанию Великой Отечественной Войны, по сведениям того же НКВД, погибло 45% архивных документов, до войны находившихся на оккупированной территории СССР.

Архивы.
Осенью 1945 года новая инструкция запретила посещение архивов без специального допуска. В целях формирования идеологически выверенного взгляда на историю было уничтожено огромное количество военных документов.

Результат мы прочувствовали на себе, пытаясь установить место гибели моего деда Александра Михайловича Лакина. Бесполезно. Память о дедушкиной военной части, брошенной погибать в окружении и уничтоженной евронацистами, оказалась полностью изъята из архивов. Военкоматы и Центральный архив Министерства Обороны (ЦАМО) футболили друг к другу, а с середины 90-х, когда комиссарские внуки поделили Россию на отдельные вотчины, военные архивариусы получили окончательную «индульгенцию». Типа, «документы — на Украине, доступа не имеем».

Замечу: в течение 30 лет, примерно с начала 1930-х по конец 1950-х, остатки российских и советских документов были очень подробно классифицированы и описаны. Описи и указатели тех лет помогают ориентироваться в океане выжившей информации. К сожалению, осталось лишь то, что пролезло в мелкие ячейки идеологии, кампанейщины, неуважения к прошлому и просто разгильдяйства.

Архивы.
В 1956 году советские архивариусы впервые выехали за рубеж для участия в международном конгрессе. Бомонд отечественного архивного дела пережил встречу с инстранными коллегами не без потерь. Растерянные строки докладной записки начальника ГАУ МВД гласят: «…следует отметить излишнюю напряженность в работе сессии, которая… вывела из строя трёх участников нашей делегации. Двое получили инфаркт, один сошел с ума». Звучит диковато, но документ есть документ.

В 1960 году ГАУ распростилось с погонами. И, вместе со всей страной, «потекло» в неясном направлении. Плодились новые структуры. Набирали силу архивы ведомств. Обобщенных каталогов, федеральной систематизации, возможностей поиска — ноль. Найти что либо в этом «болоте» — непросто.

Архивы.
Казалось бы, война с памятью выиграна блестяще и бесповоротно. Но дорогу осилит идущий. Дотянуться до семейных архивов и воспоминаний пока не удалось даже «всевидящему» государству. Плюс крупицы информации, оставшиеся в разрозненных архивных учреждениях. И это — хорошо.

Костя ПУТЕВОДКА

.
.

Следующая: 1 Евро = 100 рублям. «Люсенька, родная, зараза, дались тебе эти макароны...»

Предыдущая: Донбасс. Стихи.